География История Экономика Образование Культура Личности

Ровинский П.А.


Знакомясь с биографией путешественника, писателя и этнографа Павла Аполлоновича Ровинского, поражаешься широте его интересов и взглядов, необыкновенному жизнелюбию. К сожалению, его имя знакомо сегодня только специалистам. Перелистаем страницы биографии этого интересного человека.

П.А. Ровинский родился 22 февраля 1831 года в селе Гусевка Камышинского уезда Саратовской губернии. Он принадлежал к знатному и древнему роду.

В 1635 году за военную доблесть пращуру рода Александру польский король Владислав пожаловал в наследственное пользование обширные земли с крепостными крестьянами, дал грамоту и освободил от уплаты всех налогов. Потомки рода Ровинских и их дети были включены во дворянство и занимались военной службой.

Дед Павла Иван Васильевич в молодости служил при атамане казачьего войска Волжского, снискал его благосклонность, женился на его дочери Анне. А отец — Аполлон Иванович — боевой офицер, участник Отечественной войны 1812 года, награжден серебряными медалями в память взятия Парижа. Выйдя в отставку в чине майора, Аполлон Иванович поселился с женой в своем имении. Земель, доставшихся ему по наследству, было не очень много, да и те не отличались хорошим урожаем.

1 августа 1842 года Аполлон Иванович посылает прошение директору Саратовской гимназии Василию Федоровичу фон Гине с просьбой о принятии Павла в гимназию. Старший сын Александр был зачислен в нее двумя годами раньше. Кроме метрического свидетельства о рождении сына, Аполлон Иванович приложил документ о его дворянском происхождении и просил зачислить не просто в гимназию, а в благородный пансион по дворянскому содержанию. В своем заявлении он указывал сумму денег за его обучение: “На первое обзаведение им приготовлено 75 рублей, а за полгода вперед 150 рублей, а всего 225 рублей ассигнациями”. 9 августа 1842 года Павел был зачислен в гимназию, где содержался на положении дворянского воспитанника.

Гимназические науки давались ему легко. В “Деле об учениках и поведении воспитанников пансиона Саратовской гимназии” имеются ведомости, составленные инспектором Саратовской гимназии. В них за 1843—1844 годы в третьем классе значится Павел Ровинский. В ведомостях даны оценки ученикам как по отдельным предметам, так и по таким качествам, как способности, прилежание, успехи, поведение. Против фамилии Павла стояли только хорошие и отличные отметки.

Скучная гимназическая жизнь скрашивалась дружбой с Сашей Пыпиным. Начавшаяся с общих мальчишеских интересов и тайн, она продолжалась в течение всей жизни. Они с увлечением посещали кружок любителей литературы и истории, открытый при гимназии в 1844 году. Заседания проходили два раза в неделю в свободное от других занятий время. Ученики приносили и читали свои сочинения на заданную тему. Затем шло их обсуждение, давались советы и оценки со стороны преподавателей. В конце каждого месяца сочинения представлялись на просмотр попечителю Казанского учебного округа. Так, 20 мая 1848 года правитель канцелярии попечителя Казанского учебного округа И. Цепелев докладывал попечителю о сочинениях учеников Саратовской гимназии, прочитанных на литературных беседах. Среди них мы встречаем и имя Павла Ровинского, ученика седьмого класса, и тему его сочинения “Несколько слов об изящном”. К сожалению, текст сочинения не сохранился.

Павел окончил гимназию летом 1848 года. 4 июня был подписан его выпускной аттестат, в нем были отмечены успехи по разным предметам, особенно по греческому языку. Аттестат давал право на чин четырнадцатого класса, возможность определиться в гражданскую службу и по принадлежности относиться ко второму разряду чиновников.

1898 год. Павел Аполлонович, бывший в это время переводчиком и консультантом русской дипломатической миссии при дворе черногорского князя, приезжает в Северную Пальмиру. Приезд был вызван подготовкой к изданию второго тома черногорской истории, над которой он работал около семи лет. В свои нечастые приезды он постоянно общался с семьей своего близкого друга, теперь уже славяноведа, историка и публициста, Александра Николаевича Пыпина.

Дочь А.Н. Пыпина Вера Александровна писала в своих воспоминаниях: “Павел Аполлонович был всем нам хорошо знаком уже с 1887 года, когда приезжал из Черногории, а особенно близок он стал к нашей семье в 90-x годах, когда совсем поселился в Петербурге... Павел Аполлонович был для нас своим человеком”.

Ровинский часто бывал у Пыпиных, в Доме Академии художеств на Васильевском острове, где проходили вечера — “вторники”. Сюда приходили близкие по духу и мыслям люди: художники Э. Визель и К. Первухин, философ и поэт В. Соловьев, В. Стасов, скульпторы М. Диллон, И. Гинцбург, актриса М. Савина, композитор М. Балакирев и другие.

Первая запись о посещении “вторников” Павлом Аполлоновичем датируется 3 ноября 1898 года. По существу, “вторники” явились продолжением традиций общества "Гаудеамус", созданного детьми А.Н. Пыпина, Н.Г. Чернышевского и их друзьями в 1886—1896 годах. Существовал устав общества, отдельные положения которого перешли затем и на “вторники”. Главное было такое: “Основной капитал общества слагается из молодости, веселья, смеха и остроумия его членов”. На вечерах собравшиеся разыгрывали шуточные сценки, пели, читали вслух, оформляли альбом.

Всю осень 1899 года Ровинский бывал у Пыпиных. Позднее Вера Александровна рассказывала, что “бесед он особых не водил, но вносил с собой какой-то особенный уют, как-то просто и ласково к нам обращался и располагал к себе”. Альбомы “вторников” сохранили неизвестные прижизненные изображения П.А. Ровинского. Это фотографии, сделанные Михаилом Николаевичем Чернышевским, и наброски портретов художников Эмилия Визеля и Константина Первухина.

Знаменитый ученый, философ, поэт Владимир Сергеевич Соловьев так же, как и Павел Аполлонович, нередко заглядывал на “вторники”. Играл с Александром Николаевичем Пыпиным в шахматы, отгадывал шарады, читал вслух и смеялся так заразительно, что, глядя на него, смеялись и все присутствующие. Его приход вносил особенное оживление. Добрый и отзывчивый, он всегда был готов откликнуться на любую просьбу. Так, в 1897 году, когда М.Н. Чернышевский обсуждал с А.Н. Пыпиным вопрос о том кому поручить написать статью о Николае Гавриловиче для “Закаспийского обозрения”, В.С. Соловьев предложил свои услуги. Однако из-за цензурных условий его статья не появилась в печати. И тогда на одном из вечеров Владимир Сергеевич прочитал ее в рукописи. По воспоминаниям Веры Александровны Пыпиной, “...его статья, после знаменитой статьи Герцена в “Колоколе”, была первым горячим словам о неправом суде над Чернышевским, делю которого в те годы еще оставалось “тайным”.

Посещая “вторники”, Павел Аполлонович сблизился с семьей М.Н. Чернышевского. Михаил Николаевич с теплотой и симпатией относился к П.А. Ровинскому, приглашал его к себе в гости. П.А. Ровинский и М.Н. Чернышевский много беседовали о Николае Гавриловиче. Однажды Павел Аполлонович поделился воспоминаниями о своей неудачной поездке к Чернышевскому в Александровский завод в 1871 году. С караваном, шедшим в Китай, он добрался до Нерчинска, но встреча не состоялась, хотя попытка была очень смелой по тем временам. Ровинский сочувственно относился к Николаю Гавриловичу, вел беседы с друзьями о его освобождении. Однако во время поездки он узнал, что было предписание арестовывать каждого, кто потребует свидания с Н.Г. Чернышевским.

Ровинский рассказывал Михаилу Николаевичу о путешествиях с А.Н. Пыпиным, о своем пребывании в Черногории, которой он посвятил без преувеличения всю свою жизнь.

Павел Аполлонович попал впервые в Черногорию в 1878 году, и с тех пор ей суждено было на долгие годы стать его второй родиной. Ровинский давно мечтал побывать на Балканах и был убежден, что только он сможет рассказать российской общественности всю правду о происходивших там событиях. После того как он оставил должность директора земледельческой исправительно-воспитательной колонии для малолетних правонарушителей, принял предложение А.С. Суворина, редактора столичной газеты “Новое время”, поехал корреспондентом в Боснию и Герцеговину.

Только что закончилась русско-турецкая война, был подписан мирный договор, но на Балканах было неспокойно. 18 июня 1878 года австро-венгерские войска захватили Боснию. П.А. Ровинский сразу же откликнулся на это событие рядом гневных статей. Резкие выпады против оккупационного режима привели к тому, что через полгода ему было предложено покинуть страну и переехать в Черногорию. Здесь, благодаря помощи и поддержке своего друга А.Н. Пыпина, он получил должность внештатного драгомана русской дипломатической миссии.

В Черногории Павел Аполлонович встретил известие о смерти Н.Г. Чернышевского. В память о своем выдающемся соратнике в общественной избе-читальне при содействии своих черногорских друзей он устроил литературный вечер

В 1890 году черногорский князь Николай, который был расположен к Павлу Аполлоновичу, неожиданно предложил ему раскопать древнеримский город Диоклею. Ровинский уже давно мечтал об этом, — ему хотелось раскрыть тайну гибели города, бывшего некогда мощной крепостью и центром торговли римских колоний на Балканском побережье. Раскопки продолжались несколько лет. В процессе работы была собрана большая археологическая коллекция. Князь Николай распорядился освободить в народной библиотеке место для находок из Диоклеи, а вскоре часть библиотеки была превращена в музей, который он поручил Павлу Аполлоновичу. Теперь все свободное от работы в миссии время он посвящал любимому занятию.

Раскопки П.А. Ровинского привлекли всеобщее внимание. О них писала не только газета “Голос черногорца”, но и крупнейшие европейские газеты. В связи с этим Павел Аполлонович написал большой очерк “Раскопки Древней Диоклеи”, который был напечатан в нескольких номерах “Журнала Министерства народного просвещения”. Вскоре Ровинский был вынужден оставить это занятие, так как его ждала работа над историей Черногории.

Ровинский, кроме всего прочего, сражался в рядах черногорских ополченцев против турецких захватчиков, занимался собиранием старинных народных песен, писал разнообразные материалы в русские газеты и журналы.

Весной 1906 года он вернулся в Россию. В конце 1915 года Ровинский тяжело заболел и 15 января 1916 года скончался. “Саратовский листок” писал: “Литургию при отпевании служил черногорский иеромонах о. Мордарий, который поделился своими отроческими и юношескими воспоминаниями о Павле Аполлоновиче, о необычайной популярности его в Черногории, где он был известен и старому и молодому под именем “Павла Русса”.

Похороны состоялись 17 января на Волховом кладбище в Петербурге. На гроб были возложены венки от Министерства иностранных дел, Академии наук... Среди провожавших Ровинского в последний путь был и Михаил Николаевич Чернышевский, который оплакивал уход верного, доброго друга семьи. “Исторический вестник” и “Вестник Европы”, где сотрудничал Павел Аполлонович, поместили заметки о “человеке благоволения и светлой души, человеке, посвятившем 25 лет изучению Боснии и Герцеговины”.

Деятельность П.А. Ровинского оставила заметный след в истории общественного движения второй половины прошлого столетия в России.

Использованные материалы:
- Пузанкова И. Судьба Павла Русса. - Годы и люди. Вып.7. - Саратов: Региональное Приволжское издательство "Детская книга", 1992.

© Молодежный Информационный Центр, Центральная городская библиотека г. Саратова
Использование материалов со ссылкой на источник.
Hosted by uCoz